1

Тема: Большое интервью: Александр Черных

В пятничном выпуске газеты "Спортэкспресс" (от 02 июня 2017 г.) нашему земляку Александру Черных, Чемпиону Олимпийских игр 1988 г., Чемпиону Мира, Заслуженному мастеру спорта, был посвящен целый разворот. Приводим отрывок из его интервью. Ответы Сан Саныча, как всегда, прямые и откровенные. Ему нечего стесняться и нечего стыдиться. О товарищах по команде, знаменитых воскресенцах, отношениях с тренерами, "звездной болезни", карьере сына и даже об аварии  и восстановлении он рассказывает с присущим ему юмором и легкостью.

РАЗГОВОР ПО ПЯТНИЦАМ
АЛЕКСАНДР ЧЕРНЫХ: "ВРАЧ ВЗГЛЯНУЛ НА МЕНЯ: "ЧТО С НИМ ВОЗИТЬСЯ? ТРУП!"

  Судьба его загадочна и трагична. Кто-то скажет – в том поколении великих хоккеистов, олимпийских чемпионов 80-х были трагедии настоящие. Ушли рано Белошейкин, Ломакин, Стельнов, Крутов… Александр Черных все-таки жив. Даже прекрасно выглядит. Но повороты его судьбы – бесспорно трагедия.
  Он был звездой воскресенского "Химика", со сборной СССР выиграл Олимпиаду в Калгари. Год спустя – чемпионат мира. Вот-вот должен был уехать в Америку. Чтоб там сделать карьеру не хуже, чем у других парней из Воскресенска – Ларионова и Каменского. Так бы все и было. Но…
  Вернулся с чемпионата мира – и через три дня попал в жуткую аварию. Сам не понимает, как выжил. С хоккеем закончил в 23. Сегодня Сан Саныч тренирует пацанов в своем Воскресенске. В Москве не бывает. Что там делать?

– Еще недавно ваша должность звучала пышно – председатель комитета по физической культуре, спорту и туризму администрации Воскресенского района.
– Девять месяцев пробыл. Трудно пришлось – я привык иметь дело с настоящими мужчинами. У меня мало друзей по жизни, но эти люди не предадут. Если сказали – держат слово. А тут вдруг работа, где у каждого свои задачи…
– Самая вновь тренируете мальчишек в школе "Химика"?
– Да. Вот это мое.
– Значит, тянет на лед?
– Раньше тянуло. Закончил-то с хоккеем не по своей воле, была тяжелая авария. Даже за ветеранов не могу играть. Внешне по мне ведь не скажешь, что есть проблемы?
– Ничего не видно.
– А нагрузка противопоказана. Владимир Васильев, тренер "Химика", систему Дикуля мне советовал. Сейчас смешно вспоминать, тогда же я всерьез верил – поможет вернуться! Год потыркался и бросил. Спас меня прекрасный местный врач Константин Лукьянов. Прекратил страдания одной фразой: "Саша, скажи спасибо, что живой. Благодари Бога!" Понял – никакого возвращения в спорт не будет. А сейчас и не хочется на лед. Отгорело.
– Городок у вас крохотный. Все великие росли рядом?
– Мы с Игорем Ларионовым в одном доме жили! Он на шестом этаже, я – на четвертом. Улица Менделеева, дом 9. На этой же улице – Сашка Смирнов, чемпион мира, нынче второй тренер "Ак Барса". Там пять девятиэтажек в ряд – почти в каждой хоккеист жил. А за угол завернуть – дом Андрея Ломакина и Валеры Каменского.
– Квартира сохранилась?
– Теперь мама там живет. А в ларионовской – мой племянник. Родственники Игоря продали.
– Ларионова давно не видели?
– С 1989-го – с того чемпионата мира, на котором сам играл. Он в Воскресенск почти не приезжает. В смутные 90-е, как говорили, не заладились отношения и с криминальными ребятами, и с городской властью. Брат его, Женя, директор хоккейной школы в Балашихе.
– Был в Воскресенске хоккеист талантливее Ларионова?
– Саша Грибанов. Хорошо его помню – праворукий, изумительно техничный. У них с Ларионовым один тренер, Вячеслав Одиноков. Тот лично мне говорил: "Это талант не меньший, чем Игорь!"
– Что ж не узнал мир про Грибанова?
– Вызвали его в сборную. В поездке какой-то инцидент вышел. Что-то прилипло к  рукам за границей. Соблазнов-то много. (...)
– Что о Калгари сохранила память?
– С таким составом не выиграть Олимпиаду было невозможно. Вот и прошлись катком. Чехов вынесли 6:1, канадцев – 5:0, шведов – 7:1. Пятерка Ларионова просто издевалась над соперниками. За тур до финиша обеспечили первое место. Помню восторг Ломакина перед последним матчем с финнами: "Саня, мы олимпийские чемпионы! Заслуженные мастера спорта! Ты представляешь?!" А я был спокоен. Тогда успехи воспринимались как должное.
– Откройте тайну – Финляндии-то игру отдали?
– Ну что вы! Моментов создали море. Вратарь Ярмо Мюллис все тащил. У нас же Сережка Мыльников курьезный гол пропустил. Но не это главное. Финнам победа приносила серебро, за него готовы были лед грызть. А мы беречься начали. Подсознательно. Когда золотая медаль висит на шее, сложновато бросаться под шайбу. Или лезть на добивание, рискуя огрести по зубам… После Калгари я еще сильнее зауважал Фетисова.
– Почему?
– В "Химике" лидеры могли на тренировке не выкладываться на полную катушку. Филиппыч позволял. Ни в ЦСКА, ни в сборной такого близко не было. Фетисов, Касатонов, Ларионов, Макаров и Крутов – первые во всем. Им без разницы – кросс, штанга, ручной мяч, баскетбол. Но Слава выделялся даже на этом фоне. Несгибаемая воля, настоящий капитан. И под шайбу ляжет, и отработает за тебя, и нужные слова отыщет. Вспоминаю собрание перед отлетом в Калгари. Когда тренеры вышли, слово взял Фетисов: "Братцы, сейчас главная цель – Олимпиада. Все лишнее в сторону, никаких гулянок. Отработаем, выиграем – и отдохнем…"
– Молодец какой.
– После того, что случилось с Фетисовым, я в судьбу верю. Он же две аварии пережил. Первая – в Москве, брат погиб. У Славы – лишь царапины. Вторая – в Детройте. В лимузине сидели трое. Константинов и Мнацаканов стали инвалидами, а Фетисова через несколько дней выписали из госпиталя, еще сезон в НХЛ отыграл. Вот как объяснить? Судьба…
– Самый забавный человек в той сборной?
– Славка Быков и Андрюша Хомутов, два другана. До сих пор перед глазами картина – вечерняя тренировка. После часовой нагрузки короткий перерыв на заливку льда. Все сидят, отдыхают, водичку пьют. А эти два живчика носятся по площадке за заливочным комбайном, хи-хи, ха-ха. Молодые, беззаботные. Через много лет, в Швейцарии, разругались вдрызг. А в 80-е были не разлей вода. (...)
– О чем мечтаете, Сан Саныч?
– Мне за державу обидно. Хочу, чтоб страна наша стала цивилизованной. Чтоб ее уважали, а не боялись. Чтоб здесь комфортно было и детям, и пенсионерам. Чтоб люди добрее были… Не о себе думаю. Я-то прошел 90-е, деликатесами, коньяками не избалован. Живу скромно, в еде неприхотлив. Все, что нужно – кусок хлеба и чистый воротничок.
– Вы прямо, как Шерлок Холмс.
– Да и вообще – мне ли гневить Бога? Есть работа, дача, пенсия олимпийскому чемпиону. Все нормально. Лишь бы хуже не было.
– Вне Воскресенска себя не представляете?
– Так привязан к нему, что никуда не рвусь. Есть возможность отдохнуть за границей, друзья приглашают, но мне комфортнее на даче. Маму туда отвожу. В огородике копаюсь, шашлычок жарю, телевизор смотрю.